Ваш город...
Россия
Центральный федеральный округ
Москва
Белгород
Тула
Тверь
Кострома
Калуга
Липецк
Курск
Орел
Иваново
Ярославль
Брянск
Смоленск
Тамбов
Владимир
Воронеж
Московская область
Рязань
Северо-Западный федеральный округ
Санкт-Петербург
Вологда
Псков
Мурманск
Сыктывкар
Калининград
Великий Новгород
Архангельск
Ленинградская область
Петрозаводск
Южный федеральный округ
Краснодар
Астрахань
Элиста
Майкоп
Ростов-на-Дону
Волгоград
Крым/Севастополь
Северо-Кавказский федеральный округ
Дагестан
Владикавказ
Нальчик
Черкесск
Ставрополь
Магас
Приволжский федеральный округ
Пенза
Оренбург
Уфа
Ижевск
Чебоксары
Саранск
Йошкар-Ола
Киров
Пермь
Нижний Новгород
Самара
Казань
Ульяновск
Уральский федеральный округ
Екатеринбург
Курган
Тюмень
Челябинск
Югра
ЯНАО
Сибирский федеральный округ
Иркутск
Томск
Омск
Горно-Алтайск
Кемерово
Кызыл
Барнаул
Красноярск
Новосибирск
Абакан
Дальневосточный федеральный округ
Улан-Удэ
Чита
Магадан
Южно-Сахалинск
Якутск
Биробиджан
Петропавловск-Камчатский
Владивосток
Благовещенск
Хабаровск







































Аналитика

Сандармох: спекуляция на трагедии

Сандармох: спекуляция на трагедии
Общенациональный День памяти жертв политических репрессий отмечается в нашей стране 30 октября. Однако по традиции во многих регионах России памятные акции проходят также в конце июля – начале августа. Считается, что в эти дни в 1937 году началась трагедия Большого террора.

Споры о термине «Большой террор», пришедшем из западной (а именно британской) историографии, все еще идут, но их лучше оставить специалистам. Что касается общества в целом, то, безусловно, забывать о событиях тех страшных и трагических лет нельзя.
«Когда речь идёт о репрессиях, гибели и страданиях миллионов людей, то достаточно посетить Бутовский полигон, другие братские могилы жертв репрессий, которых немало в России, чтобы понять – никаких оправданий этим преступлениям быть не может. Политические репрессии стали трагедией для всего нашего народа, для всего общества, жестоким ударом по нашему народу, его корням, культуре, самосознанию. Последствия мы ощущаем до сих пор. Наш долг – не допустить забвения. Сама память, чёткость и однозначность позиции, оценок в отношении этих мрачных событий служат мощным предостережением от их повторения». Эти слова Президент России Владимир Путин произнес в прошлом году на открытии Стены скорби в Москве – памятника, посвященного жертвам политических репрессий. Основная часть средств на его возведение была выделена государством, но немало было собрано и народных пожертвований: как от известных людей, так и от обычных россиян.
А за два года до этого российским правительством была принята Концепция государственной политики по увековечиванию памяти жертв политических репрессий. Она предусматривает создание мемориальных комплексов, образовательных и просветительских программ, музейных экспозиций, научно-исследовательских работ. Словом, целый комплекс мероприятий, направленных на то, чтобы в нашей истории осталось как можно меньше «белых пятен».
Конечно, такая работа проводилась и раньше. За минувшие четверть века была рассекречена и открыта для историков и архивистов огромная масса документов. Установлено немало мест захоронений, где увековечена память погибших. Стали известны судьбы множества людей, о которых их родные и близкие десятилетиями не могли ничего узнать.
И речь идет не только о наших соотечественниках. Яркий пример – мемориальный комплекс «Сандармох» в Карелии. Здесь стоят памятники людям самых разных национальностей, в том числе иностранцам. В их установке российские власти все эти годы оказывали всяческое содействие представителям зарубежных государственных и общественных организаций. В том числе, кстати, из тех стран, которые сегодня проводят по отношению к России явно недружественную политику. И эта позиция российского государства – правильная. Боль и скорбь исторической трагедии, затронувшей разные народы, недопустимо использовать для решения политических задач, для того, чтобы накручивать новые витки ненависти и противостояния.
Но вот что удивительно – похоже, там, на Западе, думают совсем по-другому. Эти самые представители иностранных государств приезжают на открытие мемориалов своим погибшим землякам, говорят вежливые слова благодарности… А потом в западных – да и так называемых оппозиционных российских СМИ – появляются статьи об ужасном российском режиме, который якобы пытается скрыть преступления сталинизма, потому как и сам тоталитарный до мозга костей.
Как можно скрывать преступления, одновременно устанавливая памятники их жертвам и рассекречивая архивы – это за гранью любой логики. Но это совсем не смущает тех, кто такие утверждения тиражирует. Наоборот, они активно ищут любой предлог, чтобы вновь заявить свои «тезисы».
Очень в этом отношении показательна ситуация с расследованием уголовного дела в отношении руководителя карельского отделения общества «Мемориал» Юрия Дмитриева. Об этом написано уже очень много, поэтому не будем повторяться. Напомним только, что Дмитриев обвиняется в совершении насильственных действий сексуального характера в отношении своей несовершеннолетней приемной дочери.
Защитники Дмитриева умудряются игнорировать даже самые очевидные вещи – например, то, что он на протяжении нескольких лет фотографировал девочку (далеко уже не маленького ребенка, почти подростка) в обнаженном и даже, как бы помягче сказать, непристойном виде. Либеральная общественность твердит лишь об одном: все дело в том, что Дмитриев «раскопал Сандармох». Договорились уже до того, что это чуть ли не месть того самого «кровавого режима», кому якобы сам этот мемориальный комплекс поперек горла. Конечно, эти утверждения радостно подхватили за рубежом, за обвиняемого в педофилии начали активно вступаться иностранные дипломаты…
Но все-таки если попробовать хоть немного включить логику? Свои исследования Дмитриев смог провести только при помощи и содействии государственных структур. Благодаря этому содействию он имел доступ в Национальный архив РК, архивы МВД и ФСБ Карелии. Мало того, он состоял в республиканском совете по увековечиванию памяти жертв политических репрессий. Его не раз за это поощряло региональное правительство. Да и с организацией траурных мероприятий в Сандармохе и в другом мемориальном комплексе, «Красный бор», всегда помогал именно «проклятый режим». А теперь вдруг, внезапно, Дмитриеву за эту общественную деятельность власть решила отомстить? За деятельность, которая много лет получала поддержку на государственном уровне? Предполагать и уж тем более утверждать такое ведь даже не смешно, а просто глупо.
Но, впрочем, глупостей и абсурдных обвинений в адрес России мы в последнее время слышим немало. Это лишь еще одно в копилку информационной войны. Вот только мы не должны позволять, чтобы трагическая и больная для всего общества тема сталинских репрессий использовалась как оружие против нашей страны, для раскола общества. А ведь именно этот раскол пытаются нам сегодня навязать. И именно этим попыткам противостоит государственная политика по увековечиванию памяти жертв политических репрессий, которую сегодня настойчиво стараются дискредитировать как отечественные «либералы», так и их западные партнеры.

Яндекс.Метрика