Печатать
12 Мая 201614:59

Я взял в руки оружие, чтобы защитить дом

Ополченец "Макар"

Я взял в руки оружие, чтобы защитить дом
465 4 2
Редакция ИА «Кремлевская пресса» продолжает спецпроект «Встать в строй», посвященный ополченцам ЛДНР и российским добровольцам. Герой публикации – боец армии ДНР с позывным «Макар» из Донецка. 24-летний парень чудом выжил после попадания из танка по автобусу, и вопреки прогнозам врачей почти два года борется за то, чтобы снова встать на ноги. И делает огромные успехи.

Редакция ИА «Кремлевская пресса» продолжает вести спецпроект «Встать в строй», посвященный ополченцам самопровозглашенных Донецкой и Луганской народных Республик, а также российским добровольцам, которые по зову сердца пришли на помощь жителям Донбасса в вооруженном конфликте с киевскими властями. Тогда хрупкий мир в одночасье сломался, и поломка эта оказалась настолько неисправимой, что решить все вскрывшиеся противоречия без оружия не представилось возможным. С донецким ополченцем по позывному «Макар» мы познакомились в Туле. Молодой парень в инвалидной коляске, с легкой небритостью на лице, улыбнулся и спросил: «Куда можно у вас сходить погулять? Или съездить?». Его настоящее имя – Павел. Он рассказал о любви к своей малой Родине – Донбассу, о любви к России и о планах на будущее. Еще два года назад он не нуждался в помощи, работал и учился. Но вдруг в дом пришла война. Тогда, когда люди о ней и не думали.

- На майдане я не был. У нас начали строить блокпосты в Песках, в Карловке. Оружия не было: кто с топорами, кто с ножами… «Муха» была – и та пустая, - вспоминает он о начале гражданской войны. – Сам я с Песок, последние полтора года там жил на квартире. Там, где уже нема (нет – прим. авт.) дома: ни крыши, ни дверей, ни окон. Вообще ничего. Сначала думал, что все несерьезно, никак развиваться не будет. А когда начали аэропорт «посыпать» [снарядами] - а я жил в пяти километрах от него, видел, как на ладони… Думал, посижу еще немного, а потом все закончится. Хорошо, что на работу вызвали. Возвращаюсь – дома нет. Все. Пошел в ополчение.

Украинская армия сначала обстреляла жилые дома, а затем и ополчение. Под обстрелами оказались Карловка, Нетайлово, Пески и Измайловка. За полдня обстрелов и не осталось ничего. Со всех этих четырех точек, может, ВСУ прорваться в Донецк пытались, но на последнем блокпосте остановили танк и БТР. Бронетранспортер сразу развернулся и уехал, а танк пошел на прорыв, и тогда… Потом мы до вечера сидели там, и вечером нас пришли сменять другие бойцы. 

- А что случилось?

- Три машины поменяли, пока туда ехали. На третьей нас уже «всё» - двадцать человек там, в автобусе, и остались. Семь выпрыгнули, но седьмой был в полуметре от автобуса, сгоревший. Пацаны, которые успели выпрыгнуть первыми, отбежали на какое-то безопасное расстояние, упали и их особо не зацепило. Возле автобуса остались двое: я и еще один парень. Ему ноги повредило, возможно, одну по колено оторвало.

В бою был два раза всего лишь: один – когда танк на Песках прорывался, и этот, на котором чуть и не остался. А попал в нас танк со 100-150 метров осколочно-фугасным снарядом. Нас забрали, когда танк уехал.

Самое обидное - это когда мы поехали, два человека ушли на высотку. Оттуда видно весь поселок. Позвонили и сказали: можно ехать. Мы и поехали. А после того взрыва нас забрали минут через сорок, через час – я уже лежал в глазах звезды считал. Повредило позвоночник и руки.

Потом больничка, там меня врачи «обнадежили»: сказали, что не надо операцию на позвоночник делать. Мол, не встану я на ноги, и до конца дней буду лежать на кровати. Самое удивительное, что мне так и в России сказали. Прикинь мое состояние? Я им… показал известный русский жест. Меня будто Бог услышал и нашел мне спонсора на операцию и на пластину, которую я в жизни не оплатил бы. Через три месяца после операции я начал садиться благодаря моей маме. А через год начал ходить по 500-600 метров. Падать мне нельзя – пластина в позвоночнике… И поднимать больше трех килограмм тоже. Мышц нет, сам понимаешь, сижу не на мягком, а на костях.

А у того автобуса… Рядом со мной лежал 19-летний парень. Внешне он был целым, но, вероятно, внутри все органы задеты… Я его все забалтывал, анекдоты ему рассказывал. Но он скончался. Трижды мне сказал: «Макар, я всё». Я лег на спину и обратился к Господу: если нужно, забери сейчас. Видишь, значит, я здесь для чего-то пригожусь.

- Почему началось противостояние?

- Мы встали потому, что не захотели, чтобы у нас Америка ходила и хозяйничала, как в других странах. Какой нормальный человек захочет работать на американцев? Вот я не хочу. Такая у меня злость на эту Украину – ты даже представить не можешь. Я никогда не любил Украину, не знал, что такое Россия. Просто спокойно жил и работал. Когда начался майдан – все, жизни не стало. В ополчении я видел. И не захотел этого ни для своего дома, ни для Донбасса. Я встал, взял оружие и начал защищать свой дом.

- Как ты относишься к тому, что украинская сторона называет вас пророссийскими или российскими боевиками?

- Честно?  Мне по барабану, как там Украина нас называет. Мы – трудолюбивый, донбасский народ. У нас по городу пройдешь – ни одного бычка от сигареты не увидишь. А если и найдешь – его через полчаса часа уберут. В Донецке всегда чистота была. Даже по колхозам. А то, что Украина навязывает, мол, что они, киевские власти, нас кормят, что мы – «бичи» какие-то необразованные… Наоборот. Мы их кормим. Россия газом помогала, Донбасс – углем. В Киеве я не видел ни одной шахты, у нас все плодородные поля. Я мелким был, веточку сорвал и в землю ее воткнул – через полтора года на этом месте уже деревце выросло. А ведь это земля народа. И донбасского, и русского.

- Это правильно, что на помощь в борьбе пришли российские добровольцы?

- Российским пацанам я очень благодарен. Они защищали не свой дом, а наш. Искренне пришли помочь своим братьям, не преследуя какие-то свои цели. Со мной в больнице лежал один россиянин, к нему, раненому, приезжали из России человек десять в гости пожать руку, поблагодарить. Таких – единицы, кто именно пришел помочь братьям. И благодарен тем людям, которые помогают именно здесь.

- Есть россияне, которые считают Донбасс – «чужим», что не стоит вмешиваться. Другие – наоборот. А ты, как местный, что скажешь?

- Понимаешь, вот Украина, например, не помогает нашим пленным, а наоборот. Над пленными издеваются. Когда их пленные к нам попадают – им сразу первую помощь, таблетки, капельницы, операции. Тогда смысл нашим ополченцам их вояк лечить, если можно делать так же, как они с нашими бойцами? Россия наоборот помогает, гуманитарной помощью. Мне россияне помогли в лечении: я реально встал на ноги, хоть какие-то шаги, но я их делаю.

Они воюют. А что делать? Знаешь, когда рядом с тобой девушка воюет, появляется какой-то стимул сделать большее. Возле тебя – женщина. Как ты можешь позволить себе дать какую-то слабину?

- Мечтаешь о чем-то?

- Мечтаю. На данный момент креплюсь, что мне нужно вообще встать на ноги. А так планирую получить российское гражданство, устроиться на работу, заново отучиться – у меня все документы в доме сгорели. Так-то я слесарь-автомеханик, водитель категории BC. Права сгорели, остался диплом, но я не успел его забрать из училища, а кроме меня его никому не отдадут.

Напомним, герои предыдущих публикаций – бойцы армий ДНР Андрей Шеменев (Шмель) из Новосибирска и Серый из Днепропетровска. Шмель рассказал, почему он принял решение бросить все и уехать из России, чтобы войти в ряды ополченцев ДНР, что происходит на линии столкновения на самом деле и почему он снова ищет возможность вернуться обратно. На данный момент участие в боевых действиях Шмель временно приостановил – нуждается в помощи и протезировании.

Серый поделился воспоминаниями о том, как  начинались протесты в родном городе, чем закончились, и объяснил, почему он встал на тропу войны. Выполняя боевое задание, он подорвался на мине и лишился ноги. В России ему помогли сделать протез, в скором времени он уедет обратно, на фронт. 

Другие интервью

06 Декабря 2016
У России не получится абстрагироваться от проблем в Абхазии У России не получится абстрагироваться от проблем в Абхазии
02 Декабря 2016
Риск возрождения нацизма есть в Польше, Прибалтике и на Украине Риск возрождения нацизма есть в Польше, Прибалтике и на Украине
27 Ноября 2016
Кому-то очень хочется нарисовать картину лапотной Руси Кому-то очень хочется нарисовать картину лапотной Руси
Все интервью

Комментарии (2)

Анечка Иванова
Анечка Иванова
12 Мая 201621:54
Паша, какое счастье, что ты жив. Бог тебя уберег на радость матери. Вставай на ноги, живи и пусть у тебя все будет.
Ответить
Павел Макаров
Павел Макаров
14 Мая 201610:20
@Анечка Иванова Спасибо. Анна и дай вам бог здоровья
Ответить

Партнеры

Редакция ИА "SM News" публикует наиболее актуальные материалы о работе